 Источник: Критерий ~ Блог Православного Человека
Мысль 1: «о смысле жизни в перспективе вечного личностного бытия»
Разговор о Воскресении можно перевести в другую плоскость, а именно в ту, в которой человечество ищет ответ на главный вопрос всех времен и народов – вопрос о Смысле человеческой жизни. Тот, кто не иначе как чудом сумел вырваться из круговорота житейской суеты и заставил себя, по слову философа1, «прежде всего, остановиться, сосредоточиться и ни о чем не хлопотать», может преуспеть в поисках ответа на этот вопрос.
Нелегкий для сердца и разума путь предстоит совершить ищущему. Только действительно самоотверженный, целеустремленный и искренний благополучно совершит плавание и достигнет желаемого берега спасения. Но иногда человеку не приходится особо искать, но в определенных жизненных обстоятельствах, ниспосланных Провидением, у него, почти буквально, в муках рождения является на свет ответ на вопрос о Смысле.
Как бы там ни было, но ключ от главной двери, за которой находится ответ, человек получит лишь столкнувшись с другим извечным вопросом и разрешив его. Дилемма формулируется так: «Человек! Что ожидает тебя: вечная смерть или вечная жизнь?» Склонившись к первому и получив ключ, человек обнаруживает за таинственной дверью вечное ничто, которым будет пытаться наполнить остаток своей жизни, ожидая, того момента, когда это ничто станет уделом его вечности. Поверив в жизнь и получив надежду, человек открывая дверь обнаруживает Свет, а в этом Свете ему уже невозможно не узнать Того, Кто сказал: «Я есмь Путь и Истина и Жизнь».
Мысль 2: «о неполноценности самостоятельной жизни души»
Свет, он же есть Христианство, в своей первозданной чистоте всегда был непонятен и неприемлем для мира. И не только был, но и есть, и будет, так как он неотмирен, т.е. «не от мира сего». Христианство есть путь для личности, устремленной в вечность.
В отрицании христианских истин человечество неизбежно впадает в крайности. Древние философы и гностики упрекали христианство в излишнем почтении человеческого тела. Сегодняшняя нефилософская попса упрекает в противном: мол, зачем оно, это христианство, так не любит "бесценную основу" человеческого существа, иже есть плоть?
К счастью, на самом деле ситуация обстоит совсем другим образом, так как христианство дарует человеку, вглядывающемуся в жизнь, не призму идеологии, а способность обнаруживать саму суть вещей. Поэтому лишь христианин видит человека цельным духовно-плотским существом.
Человеческое сознание бессмертно, оно неумираемо, и человек жив даже тогда, когда останки его плоти укрыты многими слоями литосферы. И мы называем это жизнью души. Но Божественной десницей предначертано, дабы человек получил большее. Ведь душа в теле – не птица в клетке, и плоть – не оковы для духа, но одно и другое вместе – ипостась. Поэтому к вечности Бог призвал всего человека, цельного и неделимого.
Мысль 3: «о вере в воскресение в истории и доистории»
Удивительно, но человек, с той минуты как осознал себя таковым, знал о себе все. Отдавая земле тело он понимал, что это же тело будет воссоздано Всевышним. «Я знаю, – говорит Иов, – Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его»2.
Упование всеобщего воскресения, а ничто иное, было той движущей силой, которая заложила фундамент человеческой культуры. Не одно лишь развитое чувство прекрасного и не пустой энтузиазм созидали стоунхенджи и прочие чудеса мегалитической культуры. И не жестокость тирана руками рабов строила неповторимые пирамиды-усыпальницы. И отнюдь не праздность подвигала полуголодного человека заниматься сложнейшей настенной живописью. Но во всем одно чаяние, одно упование – воскресение человека для вечной вечности3.
Мысль 4: «о воскрешенных и Воскресшем»
Человечеству известны случаи возращения к жизни весьма мертвых людей. Такое случалось во времена очень древние; в Новом Завете в изобилии можно найти повествования о воскрешении Иисусом Христом, а затем и апостолами, разных людей "во уверение воскресения всех человеков"4; случается это и в наш новый век. Это факты, и доказывать их невозможно и не нужно по определению.
Но если по воле Бога покойники возвращаются к жизни, – спрошу я себя, – то есть какой либо особый смысл в воскресении Христовом? есть ли в нем качественное отличие? Есть! – отвечу я себе и буду прав. Ведь каждый из нас, пусть даже умерший и вернувшийся к жизни, – "покойник в отпуске"5 в недалекой перспективе. Воскресшие восставали из тлена чтобы вновь умереть. Но не так Христос.
Воскресший волей Отца и силой собственного божества, Он уже не подвластен тлению, жало смерти уже не может Его коснуться, но Он – «первенец из умерших»6, первый из тех, кто воскрес в вечность. О диво! Плоть человеческая восстает для нетления, возносится с Елеона в иные миры чтобы воссесть одесную Бога. Но если Он – "первый", должны быть и последующие.
Мысль 5: «о себе самом»
«Каждый из нас переживет смерть Солнечной системы, каждый из нас более бессмертен, чем метагалактика», – сказал недавно известный батюшка7. Сущая правда, да не для всех радостная. Хоть вечность и уготована всем, но "качество" этой вечности будет не для всех одинаковым, ведь его, в известной степени, определяет сам человек уже здесь и сейчас…
Бог обещает мне вечность, но не обещает завтрашнего дня.
Есть ли у меня желание этой вечности?
Готов ли я к ее восприятию?
Не сегодня ли совершаю полет?
И не пора ли сбрасывать балласт?
Labels: вдохновение, время
|
